(no subject)

Когда умер великий Paul Mauriat, мне было хреново.
И когда James Last, и прекраснейший бас-гитарист его (Bendorff) - тоже.

От известия про кобзна я ничего не почувствовал.

А когда ехали в "Рами Леви" (жратва имеет обыкновение кончаться))), увидел в зеркало и уступил дорогу завывающему и мигающему всем, чем можно, амбулансу), и через пару километров увидел свежак - 2 автомобиля с каким-то месивом вместо двигателей и капотов, лужи масла и пластиковое крошево, полицию и пару черных полиэтиленовых предметов. Кто-то ещё и жив остался... - всех этих, незнакомых было жаль.